Тайга и здоровье

Тайга, как известно, любит сильных и здоровых. Ведь в неё не отдыхать, а работать ходят. Таежные промыслы всегда были частью культуры населения Сибири, и если с ростом уровня урбанизации условия жизни и работы большинства сибиряков улучшились, особенно в городах, то в тайге многое осталось таким же, каким было 100 и 200 лет тому назад. То есть условия там отнюдь не курортные. Физические нагрузки зачастую как на каторге, только добровольно, условия быта явно не отвечают современным представителям о комфорте, любое заболевание или травма, в населенных местах считающиеся только досадной потерей времени, в дальней тайге могут привести к очень серьёзным последствиям, вплоть до летальных.

Потому так и сложилось, что настоящие таёжники- это люди не только здоровые, но ещё и умеющие это здоровье хранить и беречь. Заболеть или получить травму может любой, ведь все мы люди, и хотя лечиться нужно в больнице, а отдыхать на курорте, с проблемами со здоровьем зачастую удаётся справиться и в тайге.

Случаям, когда люди поправляли свое здоровье в тайге, нет числа, они просто часть таёжной жизни. Я с этой жизнью знаком очень хорошо, поэтому приходилось быть и свидетелем, и участником событий, связанных с так называемой нетрадиционной медициной. А ведь именно эта медицина и есть традиционная, которую создал для себя народ. Жаль, что такой мощный пласт народной культуры уходит вместе с поколениями её носителей, ведь мы знаем крохи. Но даже эти крохи впечатляют.

Про то, как с помощью подорожника, кровохлебки или свежей живицы хвойных залечить мелкие и не очень раны, ссадины и тому подобное, знают все. Расстройство кишечника легко исправляют с помощью отвара листьев и корней бадана, черемуховых веток и ещё ряда растений. Такие «лекарства» всем знакомы, обычны и естественны.

Но иногда действие природных средств кажется поразительным. Вот один из таких случаев. В юности, в далёкие сейчас 70-е, оказался я в Саянах осенью, на кедровом промысле. Нам повезло - пронеслась над хребтами буря, обильная шишка упала ковром паданки. Даже колотить не надо, собирай, таскай да молоти. Но произошло ЧП, да такое, что хоть из тайги пострадавшего выводи к больнице. А до неё - под сотню километров, транспорт в виде трактора с телегой только через пару недель прийдет. Связи, естественно, тоже нет. А наш повар таборный, молодая женщина, от боли и паники орёт. Оступилась она и руку по локоть в ведро с крутым кипятком сунула. Ожог получился страшным, волдыри вздулись лопнули, кожа лохмотьями повисла. В нашей бригаде оказался опытный таёжник, который сумел оказать помощь на месте. Весь ожог аккуратно покрыли слоем пихтовой живицы, облепили листьями какалии, или гусиной лапки, и забинтовали. Страдания у пострадавшей явно по пошли на убыль. Через день при перевязке мы увидели, что большая часть ожога закрылась новой тонкой кожей, а ещё через день процесс заживления успешно завершился. Повариха приступила к своим обязанностям.

В «цивилизации» даже мелкие ожоги всегда заживают намного дольше. Возможно, что свою роль сыграл и воздух кедровника, пропитанный фитонцидами. Ведь считается, что в кедрачах в воздухе микробы есть, но не больше одного на кубический километр. Да и пострадавшая после первой же перевязки успокоилась и очень хотела поскорее выздороветь. А настрой огромную роль играет, по себе знаю.

В начале восьмидесятых, когда я в охотустроительной экспедиции работал, я перед весенними полевыми работами себе нечаянно старую травму «реставрировал», разбил колено. Травму эту несколько лет назад в тайге получил, конь мне копытом подкованным по голени так дал, что кость вдоль раскололась. Дальше - гипс, долгая малоподвижность и потом - особая чувствительность больного места к внешним воздействиям. А перед заездом в тайгу не уберегся, всерьёз захромал. При погрузке вертолёта ходил с палочкой, но пытался помогать коллегам.

А через полтора часа, при высадке в новом и очень интересном месте, забыл эту палочку в вертолёте, и про то, что нога болит, тоже забыл. Она, отдавившая болью на каждом шаге, болеть перестала. Оказалось, что и опухоль сошла. И можно свободно ходить, как здоровые люди ходят. А обычно такой ушиб коленки требовал 2-3 недели покоя полного. Но радостное волнение заезда в тайгу добавило в кровь адреналина и боль ушла. Ведь болеть, когда впереди столько интересного, просто некогда!

Эх, вот бы всегда так, как в молодости!

Несколько раз наблюдал чудесное действие обычного нашего кустарника- курильского чая. Люди с обострениями гастритов, кандидаты в язвенники, с первых приёмов отвара курильского чая (концов веток с листьями и цветами), избавлялись от страданий, а затем и от болезней своих, которые годами лечили таблетками. Видел, как действует кора осины, листья кашкары и т.д. Хотя о лекарственных растениях известно много, всё равно каждый удачный случай их применения похож на чудо.

Но видел и настоящее чудо. В тувинской тайге, на юге восточных Саян, осенью встретился с кочевавшими на оленях местными охотниками. Лидером в бригаде из двух охотников был 75-летний тувинец- тоджинец. Имя его Бараан Саскан, но мы его все звали дедушкой. Маленького роста, седой как ягель, но крепкий, как высохший кедровый корень. Простояли оленеводы у нашего зимовья 3 дня, долгие таёжные вечера мы активно общались. Дедушка про здешнюю тайгу знал всё и охотно делился своими знаниями. По-русски он говорил плохо, но это проблем особых не создавало. Например, рассказывая про редких для Тоджи козерогов и аргали, русских названий которых дедушка не знал, он просто рога этих зверей нарисовал, а где встречал - на карте показывал и всё было понятно. Рассказал он так же историю своей болезни и исцеления. Заболел он в 65 лет, диагноз поставили страшный - рак желудка. Сначала в районную больницу попал, потом увезли в республиканский центр, в городе Кызыл. Там выяснилось, что время для операции упущено, лечится эффективно тоже поздно. Пообещали ему врачи жизни на 3 месяца в лучшем случае и выписали. Состояние у него тогда было - хуже не бывает. Ослаб, исхудал до костей и есть ничего не мог, не хотелось, а желудок на любую пищу рвотой реагировал. Но в деревне дедушка оставаться не захотел, попросил родных увезти его умирать в тайгу, в оленье стадо.

Тоджинцы-оленеводы только потому и называются тувинцами, что в Туве живут. В действительности же это народ, очень близкий тофаларам, живущим севернее, в Иркутской области. Традиционная культура кочевого оленеводства в Тодже сохранилась лучше, чем в Тофаларии, были тогда, в 80-е, живы последние настоящие шаманы. При бригаде пастухов оленьего стада, куда привезли дедушку, постоянно жила старая шаманка. Она и выходила безнадёжного, с точки зрения официальной медицины, больного. Дедушка, хоть и болел, помирать не хотел и потому шаманку слушался. Пил отвары трав и сушенных грибов, постоянно сосал лиственничную камедь. Через 3 месяца, обещанных врачами для жизни, уже знал, что жить будет. Появились аппетит и возможность принимать пищу небольшими дозами, стали прибывать силы.

Через 5 лет в посёлок Хамсара, где жил дедушка, приехала выездная врачебная бригада. Дедушка, как и все жители, на приём пришёл. Там его карточку с диагнозом нашли и, мягко говоря, удивились. Дедушку, когда он болел, в больницу дальше Кызыла не возили, а на обследование здорового в Красноярск доставили. А же в Красноярске его столичным специалистам показывали. Мытарили его с этими обследованиями около месяца и отпустили. Как и чем он вылечился, так и не узнали. Ведь старушка-шаманка за год до этого ушла из жизни вместе со всем своим опытом. А сам дедушка в травах не разбирался. Было всё это больше 30 лет тому назад, о судьбе дедушки Бураана Саскана, который собирался ещё долго кочевать по тайге, я не знаю.

В наше время меняется многое, в том числе понятия об отдыхе. Модное безделье в условиях комфорта у тёплого моря, идеал отдыха для большинства, для деятельных натур неприемлемо. Отсюда и тяга либо к экстремальным условиям, либо просто туда, куда душа просится. В наших условиях - в тайгу. Причём не на промысел, а для души. И пусть переходы будут длинными, рюкзак увесистым, условия быта- спартанскими. Ведь перемена образа жизни на тот, который кажется близким, есть лучший вид отдыха. А душевное равновесие, к которому мы всегда неосознанно стремимся и получаем в тайге - это основа спокойствия и здоровья. Возможно, не все знают, что в Советском Союзе было 2 центра долголетия, где отмечены сходные, максимальные в стране показатели по продолжительности жизни и количеству жителей в возрасте 100 лет и больше на каждую тысячу населения. Про один центр в высокогорье Кавказа знают все, другой же был в северной тайге на северо-востоке Эвенкии и сопредельной с ней территорией Якутии. Местное коренное население здесь, как и на Кавказе, вело трудную, но естественную для него жизнь в гармонии с природой. К сожалению, поколения, выросшие до появления колхозов и интернатов, ушли, традиционный образ жизни деформировался и средняя продолжительность жизни у коренного населения стремительно сократилась. Но ситуация не безнадёжна. Ведь тайга наша стоит на том же месте и готова дарить душевное спокойствие и здоровье. Всем, кто в неё с чистым сердцем и любовью, по зову души идёт. А тем, кто за экстримом или большой добычей туда собрался, тайга может не только всё искомое предоставить, но в придачу ещё и век укоротить. Ведь она вечная, а мы все под Богом ходим.

Степаненко Виктор Николаевич, ФБГУ «ЗАПОВЕДНОЕ ПРИБАЙКАЛЬЕ»
Список статей
На Байкале - ЛЕТО!
Великолепие зимней тайги и захватывающие дух ледовые путешествия ждут Вас! В соответствии с ФЗ-33 от 15.02.1995 «Об ООПТ» для посещения особо охраняемых территорий необходимо получить разрешение. Справки по тел. +7 (3952) 350-153.
г. Иркутск, ул. Байкальская 291Б        Схема проезда +7 (3952) 350-615 +7 (3952) 350-662
отдел туризма: +7 (3952) 350-153
baikal@baikal-1.ru

Заповедное Прибайкалье в социальных сетях: